Братчина

1. Коллективная ритуальная трапеза членов деревенской общины, устраиваемая в складчину в дни памяти святых, двунадесятые, престольные и заветные праздники, а также по обету данному общиной Богу в благодарность за избавление от несчастий и в день закладки храма. 
2. Мужской общественный пир, приуроченный ко дням святых. 
3. См. Моргосье 

__________

Братчина

Братчина (братовщина, братовщинок, канун, мольба, ссыпка, ссыпщина) - 

1.совместная трапеза членов деревенской общины, устраивавшаяся в складчину, общинный праздничный пир. 

Братчины проводилась ежегодно, обычно, в дни памяти святых покровителей деревни. Ими могли быть как святые, почитаемые по всей России, такие как Николай Угодник, Илья Пророк, св. Георгий Победоносец, так и местночтимые: св. Инокентий Иркутский, Енисейской губернии, св. Нил Столобенский, св. Сергий Радонежский - в центральных губерниях Европейской России, св. Никандр Порховский в Псковской губернии, св. Зосима и Савватий - в Архангельской т.п. Братчины в память святых покровителей часто назывались по их имени: никольщина, егорьевская, макарьевская, михайловскаая, петровская власьевская. Во многих деревнях России братчины могли собираться в двунадесятые праздники как господские, так и богородичные, а также в престольные праздники и заветные. Кроме того братчину могли устроить по обету, данному общиной Богу в благодарность за избавление от несчастий, болезней. В этом случае она называлась молебной. В южных губерниях Европейской России братчины могли проводиться в дни закладки сельского храма или его освящения. 

Организация любой братчины рассматривалась как дань благодарности святому за его покровительство, в надежде на дальнейшую помощь и заботу, а также как форма чествование праздника. 

Братчина начиналась с молебна в часовне или в храме, на который обязательно собирались все члены деревенской общины. В летнее время молебен мог проводиться также и на полях: из часовни выносилась икона святого покровителя, торжественно проносилась через всю деревню и устанавливалась на столе около поля. При желании любой житель деревни мог договориться со священником о молебне в своем доме. После этого устраивался пир, который проходил в летнее время на улице около церкви, а в зимнее - в доме священника, дьячка или церковного старосты. Если братчина проводилась по обету, то пиршество могло устраиваться у обетного креста, около священного дерева или водного источника, считавшегося святым. Праздник заканчивался всеобщим весельем, ночным гуляньем парней и девушек. 

Характерной чертой братчин была коллективность в подготовке трапезы, наличие на столах ритуальных кушаний, деятельное участие в празднестве церковного притча, обязательность присутствия всех полноправных членов общины. Коллективность в подготовке братчинного пира выражалась в том, что каждый член общины должен был внести в празднество "ссыпь", т.е. свою долю продуктов или денег. 

Ритуальным напитком братчины было пиво (см. Хмельные напитки), а кушаньем - мясо или каша. Для варки пива за неделю-полторы до праздника собирали по всей деревне рожь, ячмень или уже готовый солод, покупали на общинные деньги хмель. Приготовлением пива занимались женатые мужчины, славящиеся в деревне как хорошие пивовары. Обычно это происходило в присутствии зрителей в определенном месте: на деревенской улице, за околицей деревни, на берегу реки, озера или в специально построенной для этой цели общественной пивоварне. 

Главным ритуальным блюдом на братчинах Русского Севера было мясо барана или быка. Животное покупали на собранные с общинников деньги или откармливали за счет всей общины специально к пиру. В некоторых случаях использовалось так называемое "завечённое" животное, принесенное в качестве обета святому покровителю людьми, рассчитывавшими на его особую милость в излечении от болезней, от бесплодия, в надежде на улучшение своего благосостояния. Быка или барана закалывали накануне пиршество и варили во общем котле на костре. 

На некоторых братчинах ритуальным блюдом была каша, сваренная из круп, собранных со всей деревни или огромный каравай, который выпекался сообща, как говорили русские крестьяне, "всем миром". Каравай во время пиршества резали на равные части, по числу дворов, принимавших в нем участие. 

Следует отметить, что часть мяса, зерна, собранного для каравая, крупы для каш, а также часть пива жертвовалось в церковь. В некоторых деревнях вместо продуктов в церковь отдавались деньги, вырученные от продажи на братчине общественного пива, мяса, каши. В некоторых деревнях предназначенного для пиршества бычка предлагали купить всем желающим. Вырученные деньги отдавали в церковь, а бычка его новые владельцы жертвовали братчине. В сибирских деревнях таким же образом продавали пиво, сваренное из солода и хмеля, собранного со всех домохозяев. Желающие выпить на пиру пива должны были положить на тарелку монетки. Деньги, вырученные на братчине, "предназначались святому", т.е. использовались для ремонта часовни его имени, церкви , на обновление икон, покупку свеч, лампадного масла и т.п. 

Братчины - явление для русских очень древнее. Они впервые упоминаются в письменных памятниках середины Х11 в., но, вероятно, были и в более раннее время. Письменные документы Х11 - ХУ11 вв. позволяют говорить о том, что братчины были известны не только в сельской местности, но и в городах. Также как и в более позднее время братчины проходили около церкви или на монастырском дворе, представляли собой коллективное пиршество деревенских общинников или представителей той или иной городской корпорации, служили делу укрепления союза соседей-общинников, занятых одним делом, живущих на одной улице или в одной деревне. 

Однако средневековые братчины, в отличие от большинства деревенских братчин Х1Х в., ставили перед собой более широкие задачи. На пирах обсуждались и решались важные для всего коллектива дела, выяснялись отношения с боярами, великокняжескими чиновниками, которые для этого специально приглашались на пир. Братчина была своеобразным органом самоуправления со своим выборным старостой, имевшим довольно широкие полномочия. Он собирал братчину, председательствовал на пиру, судил и наказывал провинившихся за пиршественным столом. Самостоятельность братчины от чиновников и феодалов в решении жизненно важных для ее членов проблем утверждалось запретом на посещение братских пиров всем посторонним. Эти запреты были узаконены указами Великих князей, а позже царей. В уставных и жалованных разным волостям и селам грамотах ХУ- ХУ11 вв. указывалось, что любых не званных на пир людей будь то "тиуны и доводчики и иные люди наместничи или волостные люди кто ни буди, и мои Великого князя селчане и боярские люди и христиане и монастырьские" надо "высылать вон безпенно". (Попов А. 1854. С.20). В других грамотах было записано на этот счет так: "… а на пиры и на братчины в их слободы не зван не ездит никто, а поедет на пиры и на братчины незван, а лучится туто какова гибель, и тому платити без суда и без исправы вдвое" , т.е. пришедший на пир не званным должен был заплатить за все беспорядки, которые могли произойти на пиру между хорошо подгулявшими людьми двойную цену. (Попов А. 1854 . С. 21). 

Средневековая братчина предполагала также различные увеселения для присутствовавших на ней мужчин. На братчину приглашались скоморохи, развлекавшие людей песнями, музыкой, плясками, медвежьими потехами, выступлениями ученых собак, играми и представлениями в масках. К братчинам обычно приурочивались кулачные бои. Все это, правда, активно запрещалось православной церковью. Патриарх Иоасаф в 1636 году с осуждением писал, что на братчинах "многие люди не токмо что младые, но и старые в толпы ставятся и бывают бои кулачные великие и до смертного убойства" (Попов А. 1854. С. 27). 

Братчины, по мнению многих ученых, были пережитком древних общинных праздников, проходивших возле языческих святилищ. Общинники, обращаясь к богам с просьбой о благополучии, приносили им дары: мясо заколотых рядом с жертвенников животных, кашу, хлеб, пиво, мед, а затем устраивали пиршество во славу богов. 

Принятие христианства на Руси в Х в. и его последующее распространение по всей стране, казалось бы, должно было привести к полному отказу от языческой ритуальной формы. Однако этого не произошло. Языческий обряд жертвоприношений и возлияний в честь богов был перенесен на христианских святых, выбранных на роль покровителей деревень, городских кварталов, городов. Вместо языческого святилища пиршество стало проходить около церквей, часовен, в домах священников или церковных старост. Во время молебна произносились молитвы с просьбами о ниспослании благодати на общинников. Для святого покровителя приносились деньги, пиво, хлеб, мясо выкормленных и заколотых накануне или в день праздника животных, устраивалось пиршество. 


2. Мужской праздник, носивший характер общественного пира, справлявшийся в некоторых деревнях северных губерний Европейской России, вариант средневековой братчины. 

Проводился в летне-осенний период времени и обычно приурочивался к Петрову или Ильину дню, а также ко дням св. Макария, св. Власия (см. Власьев день), св. Флора и Лавра и к зимнему дню св. Николая Чудотворца (см. Николин день). 

На братчины собирались женатые мужчины средних лет, полноправные члены общины, главы крестьянских семейств. Приход на празднество парней, молодоженов, стариков, а также женщин не допускался. Столь же категоричны были участники братчины по отношению к посторонним для деревенского сообщества мужчинам, пришедшим на братчину не званными, даже если это был помещик или волостной начальник. 

Характерной особенностью этого празднества была общая трапеза мужчин, на которую подавалось мясо заколотого в этот же день быка или барана, и коллективно сваренное пиво. Братчину предварял, зачастую, молебен, отслуженный в поле, или общая молитва всех присутствовавших. За трапезой, как правило, велись серьезные разговоры, обсуждались важные вопросы деревенской жизни. Празднество, начавшееся днем, к вечеру превращалось в шумную попойку сопровождавшуюся весельем, пением удалых песен, плясками, криками "многие лета". 

Воспоминание о мужских братчинах, известных и в более ранее, чем Х1Х в. время нашло свое отражение в произведениях русского фольклора, в частности в былинах о Василии Буслаеве, Садко - богатом госте. В былинах внимание акцентируется обычно на просьбе героя "принять в братчину", т.е. позволить ему участвовать в общинном пире. Вот как об этом рассказывается в былине о Садко, узнавшем, что новгородцы собрались на братчину: 
                    "Те мужики Новгородские соходилися 
                    На братчину Никольщину, 
                    Начинают пить канун, пива ячныя, 
                    И пришел тут к ним удалой добрый молодец, 
                    Удалой молодец был Волгский сур, 
                    Бьет челом, поклоняется: 
                    Ай и гой вы еси мужики Новгородские! 
                    Примите меня во братчину Никольщину, 
                    А я и вам сыпь плачу немалую. 
                    А и те мужики Новгородские 
                    Принимали его во братчину Никольщину, 
                    Дал им молодец пятьдесят рублёв". 
                                (Попов А. 1854 . С. 37). 

3. см. Моргосье.

материал подготовлен
Шангина Изабелла Иосифовна