Ивановские травы

24 июня / 7 июля 

Травы, цветы, ветви деревьев, коренья, сбор которых входит в ритуальный комплекс празднования Ивана Купалы. По поверью они отличаются особой колдовской силой и целебными свойствами. Травы собирали в ночь на Ивана Купалу, засушивали и использовали как средство от всех напастей, в девичьих гаданиях, при лечении людей и скота. 

__________

Ивановские травы

Ивановские травы (иванские травы, купальские травы) — свежая растительность — травы, цветы, древесные ветви, коренья, сбор и использование которых входят в ритуальный комплекс празднования Ивана Купалы. По народным представлениям, различные растения в период летнего солнцестояния, когда природа достигала наивысшего расцвета, наполнялись необыкновенной магической силой, которую и стремились использовать крестьяне. Об этом свидетельствуют и былички, повествующие о чудесных явлениях, происходивших с растительным миром в этот момент. Повсеместно у русских было распространено поверье, согласно которому в волшебную купальскую ночь в полях, лесах, садах все растения перешептываются друг с другом и переходят с места на место, а "всякая трава, даже папоротник, расцветает" (костромск.; АРЭМ. Ф. 10. Оп. 1. Д. 72). Травянистые растения, на которых только раз в год, в ночь на Ивана Купалу, появлялись бутоны, "цветут в продолжении трех минут, давая по три цветка" (вятск.; Верещагин Гр. 1898. С. 114). Эти цветы и травы, как считает народ, — волшебные, они могут полностью изменить жизнь человека, сорвавшего их, но получить заветные растения очень сложно, поскольку их охраняет нечистая сила. Наиболее популярны рассказы о цветке папоротника, который сулил своему хозяину счастье, удачу, магическую силу. С его помощью можно было завладеть другими волшебными растениями, каждое из которых обладало обыкновенно одним из свойств, приписываемых папоротнику. Наличие у человека арарат-травы также открывало ему доступ к волшебным травам. Отличали ее по характерным цветкам желтого и голубого цветов. Найти арарат-траву можно только в полночь на Ивана Купалу или в день Ивана Купалы между заутренней и обедней. При добывании травы следовало соблюдать ряд правил, иначе ее магическая сила будет утрачена. Традиция предписывала обвести ножом около растения круг против солнца и потянуть за его стебель. Если травка вытащится с кружком земли, то ее можно использовать для поиска волшебных трав, если нет, — то она бесполезна. Сложность заключалась еще и в том, что "арарат"-трава, по мнению вятских крестьян, росла только в одном месте, там, где сливаются воды двух рек — Оки и Москвы. 

К волшебным травам относили и разрыв-траву, известную также под названиями "ломоцвет" (вологодск.), "спрык" (вятск.). Подобно папоротнику, она зацветает в полночь и цветет столько времени, сколько необходимо для прочтения молитв Господней и Богородичной (Максимов С.В. 1993. С. 169). Ее огненные цветы обладают свойством делать человека невидимым, но основное ее назначение — разрушать все преграды, даже металлические, открывать любые замки и запоры. Чтобы раздобыть это растение, надо в полночь на Ивана Купала отправиться на отдаленный пустырь и косить там траву до тех пор, пока металлическая часть косы не переломится — это является верным признаком того, что скошена разрыв-трава. Всю скошенную траву с места, где произошел слом косы, бросают в реку и внимательно наблюдают за ее поведением. В отличие от других трав разрыв-трава не тонет и плывет против течения. По поверью, воры, завладевшие разрыв-травой, прячут ее в пальце руки, сделав предварительно на нем разрез. Прикоснувшись таким пальцем к любому замку, вор без труда откроет его; прикосновение же к человеку влечет за собой смерть последнего. Магическую силу разрыв-трава может потерять только в том случае, если ее бросят в отхожее место (Верещегин Гр. 1898. С. 117). 

В купальскую ночь искали также волшебные траву-невидимку — ее использовали для того, чтобы стать невидимым, — перелет-траву, одолень-траву. 

Волшебными считались не только отдельные травы, но и целая копна скошенной в купальскую ночь травы. По мнению русских поселенцев Сибири, с ее помощью можно обрести счастье и богатство. Для этого ивановскую копну оставляли нетронутой до "страшных вечеров" (см. Святки). По поверью, в ней обязательно должны поселиться черти. Чтобы заставить чертей повиноваться себе, следовало в одну из святочных ночей обойти копну с молитвой и очертить около нее круг "огарком" от первой лучины, зажженной осенью. Черти, живущие в ней, предложат исполнить все пожелания в обмен на обещание оставить их в покое (Макаренко А.А. 1993. С. 64). 

В народе существовало представление, что любое растение, сорванное или выкопанное в день Аграфены Купальницы, Ивана Купалы обладало чудодейственной силой; по словам сибирских крестьян, в это время "любая травка пользительна быват" (Макаренко А.А. 1993. С.64). Лучшим, но и наиболее опасным, временем для сбора ивановской травы считалась ночь на Ивана Купалу, а точнее — полночь. Как правило, в это время добывали растения, обладавшие целебными свойствами, а также используемые при ворожбе и колдовстве. Заниматься этим могли только "знающие" люди, к которым относились владеющие магической практикой, т.е. колдуны, знахари, ведьмы. В ряде мест лекарственные травы собирали пожилые женщины, обычно вдовы, считавшиеся, по народным представлениям, "чистыми", т.к. они уже не могли рожать детей и не жили половой жизнью. 

В традиции существовали определенные правила сбора целебных и колдовских трав, обеспечивающие сохранение и увеличение их магической силы. Так, женщины, занимавшиеся заготовкой лекарственных растений, постились перед праздником в течении нескольких дней, а во время сбора снимали нательные крестики. Колдуны, ведьмы, знахарки, отправляясь ночью в леса и поля, старались выйти из дома незамеченными. Принимаясь за дело, они нередко раздевались, сбрасывая с себя даже рубахи. В Вятской губ. запрещалось срывать некоторые растения голой рукой, в противном случае они потеряют свою целительную силу. Непременной частью ритуала заготовления трав были заговоры. Срывая растения, знахарки и колдуны обычно приговаривали: "Рву я, раб (имя рек) или раба от травки цветочки, от земли коренья; на что они полезны, на то их и рву" (вятск.; Верещагин Гр. 1898. С. 115). В Сибири "знающие" крестьяне собранные ночью растения специально клали под "Иванову росу", полагая, что в этом случае их магические свойства увеличатся (Макаренко А.А. 1993. С. 64). С этой же целью травы, в основном лекарственные, носили в церковь для освящения. 

Принесенные домой ивановские травы раздавали в тот же день односельчанам или засушивали и хранили в таком месте, которое осмыслялось в традиционном мировоззрении как пограничное пространство: в трубе, под печкой, под порогом. Впоследствии их, так же как и свежие, предлагали крестьянам для лечения болезней, изгнания нечистой силы и в качестве оберега, для использования в любовной магии. Каждый сорт трав употребляли с определенной целью. Так, трава "зяблица" помогала от детского крика и бессонницы, а пастушья сумка использовалась как кровоостанавливающее средство. Чернобыльник повсеместно был известен как лучшее средство для укрепления здоровья. Кроме того, он, по поверью, охранял в купальскую ночь домашнее хозяйство. Подорожник связывали в пучки и вывешивали во дворе для защиты от всяких гадов. Травы дивий сил и мария-магдалина советовали применять от тоски, богородицкой травой окуривали отелившихся коров. 

О свойствах некоторых ивановских трав, используемых в лечебных целях и при ворожбе, было известно и в народе. Крестьяне сами могли их заготавливать, но в отличие от "знающих" людей, они предпочитали собирать эти травы днем или, лучше, на восходе солнца, "под росу", стараясь сохранить на листьях капельки ночной влаги. Желая увеличить целительную силу растений, они, подобно колдунам, срывали их с приговором: "Земля, мати, благослови меня травы брати, и трава мне мати" (Некрылова А.Ф. 1989. С. 254). 

Были известны и другие приемы, направленные на сохранение магических свойств ивановских растений. Так, траву чернобыльник, заплетали в плети и клали под "иванову" росу, приговаривая: "Мать-земля, отец-небо, дайте рабам вашим от этой травы здоровья" (Некрылова А.Ф. 1989. С. 255). Владелец травы, известной под названием "плакун", считавшейся лучшим оберегом от нечисти, должен был прийти в храм, встать у алтаря, реже в алтаре, лицом к востоку, или так, чтобы корень травы, который он держал в руках, был обращен к востоку, и произнести заговор: "Плакун, плакун! Плакал ты долго…". В результате этих действий "слезная" сила чародейского растения направлялась против различных вредоносных проявлений, для защиты своего владельца (Криничная Н.А. 1997. С. 32-33). Из освященного плакуна также изготавливали крест, который привязывали к кресту на гайтане (бисерное украшение) или к шелковому поясу. Считали, что в этом случае он отгоняет от хозяина бесов и нечисть. В Сибири хозяин каждого дома вечером, накануне дня Ивана Купалы (купальская ночь), три раза с молитвой обходил свой двор и бросал в ворота крапиву крест-накрест для того, чтобы "колдунья обожглась и не проникла в дом" (Болонев Ф.Ф. 1975. С. 78). 

В любовной магии использовали траву "терлич". Девушкам для привлечения парней советовали положить ее за пазуху и сказать: "Терлич, терлич, хлопцев покличь!" (Некрылова А.Ф. 1989. С. 255). 

Повсеместно в день Аграфены Купальницы и Ивана Купалы в лесах и полях собирали травы и цветы, ломали ветки, которые в течение праздника служили украшением поселений. Как правило, за ними отправлялись девушки, к которым зачастую присоединялись молодки — женщины, вышедшие замуж минувшей зимой. В Псковской губ., собирая растения, девушки и молодки ходили по полю в "рядок" по 5-6 человек, взявшись за руки, и "играли" песни, непременно сопровождавшие сбор трав: 
                   "Пойдем, девки, лугом, 
                   Станем, девки, кругом, 
                   Сорвем по цветочку, 
                   Совьем по веночку, 
                   Куда их денем? 
                   Невестам оденем". 
                                  (Песни Псковской земли. 1989. С. 186. № 235). 

В некоторых местах вместе с девушками за травами ходили и парни. 

Растения, среди которых наиболее часто встречались Иван-да-Марья и купаленка (желтоголов), приносили в деревню охапками. В храмах, жилищах и дворах, а в ряде мест и около них, травы рассыпали по полу или по земле, клали к окнам и иконам. Девушки из принесенной травы делали букеты, плели венки и вязали веники. В Новгородской губ. существовал обычай составлять букет во время ритуального купания из взятых с собой цветов-смолянок. Букеты, венки и веники также украшали церковные, жилые и хозяйственные помещения внутри, а иногда и снаружи. Некоторым растениям, вносимым в дом, придавали особое значение. Так, тверские крестьяне, чтобы приобрести счастье и богатство, затыкали за матицу — основное, несущее бревно потолка, ивановскую траву богатку. В Вологодской губ. под князевое бревно, служившее соединением скатов крыши, подтыкали 46 трав, чтобы дом "не раскрыло непогодой и било молнией". В целом, украшение освященной, а иногда и не освященной, ивановской травой избы и двора понималось во многих локальных традициях как оберег дома и его хозяев в купальскую ночь от нечистой силы. 

Ритуальная ивановская зелень, а также изготовленные из нее букеты, венки и веники, использовавшиеся для украшения, после праздника обычно засушивали и хранили, используя в дальнейшем приписываемую им магическую силу. Повсеместно бытовало поверье, что эти травы способствуют сохранению и укреплению здоровья. На их основе готовили настои и порошки для окуривания, которые применяли во время болезни людей и животных. 

Ивановские растения считались и лучшим средством от различных неприятностей. Сохраненную травку во время грозы бросали в печь, чтобы уберечь дом от ударов молнии. Растение Иван-да-Марья рекомендовали вложить в углы избы; в этом случае, "вор не войдет в дом: брат с сестрой будут говорить; вору будет чудитца, что говорит хозяин с хозяйкой" (Макаренко А.А. 1993. С. 65). Жители Архангельской губ. использовали ивановские травы в быту: по их мнению, это было эффективное средство для борьбы с тараканами, блохами и прочими насекомыми. В ряде мест дымом ивановских растений окуривали дом и двор, изгоняя из него нечистую силу. 

Венки, свитые из ивановских трав, являлись одним из наиболее популярных девичьих головных уборов купальского праздника, с ними был связан ряд гаданий. Для изготовления головных венков чаще всего использовали цветы и листья Иван-да-Марьи, лопуха, богородицкой травки, медвежьего уха, ромашки. Венки, сплетенные из Ивановой головки, так в уральских губерниях называли растение мать-и-мачеху, носили на кладбище. 

Вениками в день Ивана Купалы украшали отелившихся коров; они же выполняли защитную функцию: оберегали животных от нечистой силы. 

Веники и траву для мытья в банях заготавливали, как правило, отдельно от других ивановских трав. Их делали из березовых веток, сломанных в день Аграфены Купальницы (рубить ветви, или срезать их ножом запрещалось), с прибавлением ивановских цветов. В Вологодской губ. ивановский веник составляли следующим образом: взяв по одной ветке от деревьев разных пород: березы, ольхи, черемухи, ивы, липы, смородины, калины, рябины, прибавляли к ним по цветку от разных растений. Процесс изготовления нередко сопровождался припевкой: 
                   "Приехала Купаленка 
                   На семьдесят тележеньках, 
                   Привезла нам Купаленка 
                   Добра и здоровья, богатства и почести". 
                                (вологодск.; Агапкина Т. 1994. С 112). 

Как правило, ивановскими вениками парились в банях "для здоровья". Жители Вологодской губ. верили, что, натирая тело в жарко натопленной бане веником, составленным из разных трав, среди которых непременно должен находиться папоротник, они избавляются от каких бы то ни было болезней на год. Кроме того, с их помощью, как считали молодые люди, можно добиться успеха в любви. Именно с этой целью девушки парились в бани купальскими вениками, и мылись водой, настоянной на ивановских травах, надеясь, что их тело будет "молодиться", кожа и лицо станут чистыми, белыми и красивыми. 

В целом, все растения, собранные девушками, способствовали увеличению их привлекательности в глазах противоположного пола. Об этом поется и в одной из купальских песен, сопровождавших это обрядовое действие: 
                   "На цветного Ивана в саду девки гуляли. 
                   В саду девки гуляли, они зелья копали, 
                   Они зелья копали, у тятеньки пытали: 
                    Тата, тата, ранненький, скажи, что эта за зелья? 
                   - Эта зелья-коренья, — дьявольская красота, 
                   Дьявольская красота, мальчишская сухота, 
                   Ссохли-здохли мальчишки, три дня хлеба не ели, 
                   Три дня хлеба не ели, на девушек глядели". 
                                 (Песни Псковской земли. 1989. С. 184-185. № 229). 

Букеты, венки, веники использовали в гаданиях, подобно троицким венкам. Их спускали на воду и гадали о замужестве, о жизни-смерти или о будущем: если утонет — к беде, поплывет — к счастью. Веники, по выходу из бани, кидали через плечо или на крышу бани; затем смотрели: куда веник комлем повернет — туда и замуж выйдешь. Такие же действия совершали и при гадании на смерть; в том случае если веник падал вершиной к погосту, считалось, что гадающая умрет. Букеты трав, составленные на каждого члена семьи, подвешивали вечером накануне Ивана Купала к матице. Утром смотрели: завявший букет сулил неприятности, а свежий — счастье. В Псковской губ. заготовленные заранее венки вручали самой красивой девушке — "купале". Предварительно ее раздевали донага, окутывали зеленью с головы до ног, и вели с завязанными глазами в лес. В лесу вокруг "купалы" водили хороводы, пели песни. В завершении она раздавала заветные венки подругам, по которым они судили о своей судьбе: свежий венок сулил богатую веселую жизнь, завявший и сухой — бедность, несчастную судьбу и смерть (АРЭМ. Ф. 7. Оп. 1.). 

Традиционно в ночь на Ивана Купалу девушки и молодые женщины специально собирали траву для гаданий. Чтобы узнать о своем женихе необходимо было сорвать в полночь 12 или 24 вида трав. Среди них чаще всего встречались подорожник, полынь, чертополох, папоротник, крапива, попутник, осока, пырей, мокрица, горлинка, лебеда. Собранные растения гадающая девушка несла домой, стараясь избегать встреч с кем-либо и не разговаривая. Этой же ночью она клала их под подушку, рассыпав или предварительно связав в букет, в платок с кольцом (тобольск.), или вплетала в косу (нижегородск.), приговаривая: "Суженый-ряженый, приходи в мой сад гулять!". В Костромской губ. девушки клали под подушку только подорожник и обращались к нему: "Трипутник-путник, живешь при дворе, видишь малого и старого, скажи моего суженного!" (Традиционные обряды и обрядовый фольклор Поволжья. 1985. № 385). С помощью трав можно было узнать, выйдет ли девушка в текущем году замуж или нет. Для этого следовало нарвать в полночь букет трав, положить его на ночь под подушку, а утром сосчитать сколько видов трав оказалось в букете. Если их было двенадцать, то говорили, что гадающая девушка обязательно выйдет замуж в течение последующего года. 

Используя ивановскую зелень и цветы, девушки гадали о своей судьбе, судьбе близких, благосостоянии семьи, будущем урожае. Цветы, называвшиеся богаткой, засовывали за матицу, загадав на каждого члена семьи. На утро замечали: чей цветок распуститься — тот будет счастлив (если цветок принадлежал девушке — она выйдет замуж), если чей-то цветок завял — того ждут несчастья. Совершая ритуальное омовение в день Ивана Купалы, девушки входили в воду с цветами Иван-да-Марья и отпускали их: если цветок тонул, это предвещало смерть его обладательницы (петербургск.).