Оятские и явосьминские гончары

Гончарное производство в Лодейнопольском и Тихвинском уездах являлось одним из старейших неземледельческих промыслов в юго-восточном Приладожье. Большинство гончаров занимались изготовлением посуды в свободное от сельскохозяйственных работ время

Гончарство — старейший промысел в Приладожье

Гончарное производство в Лодейнопольском и Тихвинском уездах являлось одним из старейших неземледельческих промыслов в юго-восточном Приладожье. Большинство гончаров занимались изготовлением посуды в свободное от сельскохозяйственных работ время; в керамическом производстве были заняты в основном мужчины.

Доступность и дешевизна сырья, необходимого для производства простой глиняной посуды, стимулировали развитие этого промысла, и к XIX веку местная продукция, производимая в Приоятье и на реках Явосьме и Тутоке, заполонила весь местный рынок, а лучшие образцы "оятской" поливной посуды вывозились для продажи в Петербург и Финляндию. Каждый из этих гончарных центров имеет свою историю, насчитывающую несколько столетий.

Оятский гончарный центр: истоки производства

Становление оятского гончарства произошло задолго до появления в этих краях гончарного завода в Новом селе (1820-е). Мастера-гончары изготавливали посуду из огнеупорных материковых жирных глин серого и сиреневого цветов, выходы которых располагались на террасах реки Оять вблизи окрестных деревень. Красная и желтая огнеупорные глины, т.н. "оятская терракота", которую начали разрабатывать на Новосельском заводе, в XVIII — начале XIX века практически не использовались. Формовку посуды гончары-кустари производили на ручных гончарных кругах. Стенки сосудов выводили путем кольцевого налепа глиняных лент, а затем подправляли на ручном гончарном круге. Оятская деревенская посуда в XVIII — начале XIX века изготавливалась только для сбыта на внутреннем рынке. Ситуация изменилась лишь во второй половине XIX века, когда мастера стали применять "лакировку" посуды (1840) и большинство местных гончаров перешло на изготовление керамических изделий из пластичной красной и желтой "оятской" глины (1878), что позволило значительно расширить ассортимент производимой продукции.

Новосельский керамический завод

Изменения в традиционном способе производства посуды произошли под влиянием нового гончарного ремесленного центра, основанного на левобережье Ояти в районе Нового села. 

Новосельский керамический завод был построен в 1827 году в имении помещиков Фок. Они же на протяжении всего периода его существования владели этим гончарным заведением. В первые десятилетия работы на заводе производились сахарные головы а также изразцы для каминов, вазы, тумбы, статуэтки. Эти изделия и другие предметы городского интерьера отливали в гипсовых и алебастровых формах. Позже стали изготавливать посуду, керосиновые лампы, подсвечники, самовары, тазы, ванны, черепицу и даже садки для выведения мальков. Основными работниками на заводе были крестьяне деревень Новое село и Кондрашево.

Материалом для изготовления керамических изделий служила красная и желтая (терракотовые), белая и синяя горшечные глины. Первые два вида глины добывали по берегам рек Оять и Ащина, а вторые копали за 25—30 верст. Наиболее ценной считалась желтая глина, которая залегала глубже красной и располагалась в труднодоступных местах — на крутых склонах. Лучшие ее сорта находились на реке Оять у деревни Регмасово. Желтую глину добывали с первого по двадцатое октября. На завод ее доставляли на лошадях.

В 1850-е годы терракотовое производство Фока было единственным в России. Наряду с ширпотребом, оно выпускало и художественную продукцию. Так, например, из привозной глины (белой и розовато-палевой) делали керамические иконы: образ Тихвинской Божией Матери, образ Казанской Божией Матери, образ Александра Дымского и Варлаама Хутынского. Иногда готовые иконы расписывали подобно деревянным образам.

С 1860-х годов на заводе стали производить предметы интерьера, выполненные в "духе народничества": статуэтки "ямщик", пепельницы в виде лаптей и корзин, керамические жетоны в память освобождения крестьян от крепостного права и других памятных событий, например — в честь открытия в Новгороде памятника тысячелетию России. Десятилетие спустя в ассортименте продукции завода появились терракотовые бюсты знаменитых литераторов (Байрона, Пушкина) и представителей царствующей династии (Александра II, Александра III и др.)

В начале 1880-х годов, ежегодное производство гончарных изделий завода оценивалось в 1800 рублей. Основной ассортимент продукции производимой на Ояти, был рассчитан на городского потребителя со средним достатком. На рынок Новосельский завод поставлял керамику, покрытую желтой и черной глазурью. В ассортименте были: чайники, кофейники, сливочники, сухарницы, перечницы, блюда, судки, миски, сковороды, салатники, тазы, подсвечники, черепица и кафель. Также на заводе выпускались сосуды, имитирующие древнегреческую керамику. Однако за 60 лет интенсивного производства разведанные залежи первоклассной глины иссякли, и к 1890-м годам качество терракотовой продукции ухудшилось, сократился ассортимент выпускаемых изделий, снизилось качество керамики. После 1917 года местные крестьяне, которые занимались производством керамики в приоятских деревнях, разгромили Новосельский завод — своего основного конкурента: технику уничтожили, а все, что можно было унести, растащили по своим мастерским, где и продолжали изготавливать керамику так, как их "отцы и деды делали".

Деревенское кустарное гончарство на Ояти

Большинство работников завода были сезонными рабочими, на заводе они работали с осени и до весны. Полученные навыки работы с глиной крестьяне использовали в кустарном производстве посуды, которое развивалось параллельно с ремесленным производством. По данным на 1880 год, гончарным делом в Приоятье занималось 342 крестьянина (91 чел. в Новом селе, 44 чел. в деревне Кондрашево), остальные в деревнях: Антоновщина, Ащина, Верхнее Тойвино, Карпина Гора, Нижнее Тойвино, Регмасово, Фешиха, Шордино, Бесова Гора (Красноборская волость); Нижнее Мустое, Бор, Ключниково, Нижнее Подборье, Левково, Мустиничи, Верхнее Подборье, Кяргина, Ратигора, Наумовщина, Подгорье, Костровщина, Нижнее Надпорожье, Марково, Филичева, Пога (Шапшинская волость).

В конце XIX — начале XX века кустарный гончарный промысел на Ояти продолжал развиваться. Крестьяне изготавливали печную и столовую керамику, игрушки-свистульки и статуэтки. При изготовлении статуэток изображения часто копировали с заводской продукции, поэтому часто мужские лица статуэток напоминали великих князей. Производством игрушек занимались как взрослые, так и дети. Свистульки лепили архаичным способом — за основу брался глиняный "пельмень".

За двенадцать часов работы на быстровращающемся круге мастер мог изготовить до 80 горшков средней величины — "судовок" или 150 "полусудовок" — маленьких горшков или масленников (на ручном гончарном круге раньше делали до 20 горшков за день).

На ручных гончарных кругах изготавливали печные и молочные горшки, миски, блюда, формы для киселя, сосуды для теста, кувшины. Посуда покрывалась прозрачной блестящей поливой (чаще марганцевой). Роспись на столовые изделия наносилась белой глиной и марганцем.

География сбыта Оятской керамики

Местная посуда вывозилась на продажу в Тихвинский, Новоладожский, Шлиссельбургский уезды, Санкт-Петербург, Карелию, Вологодскую губернию и даже в Финляндию. Сбыт гончарных изделий зависел от степени достатка кустарей. Беднейшие, как только вскрывалась река Оять, продавали свои изделия на месте скупщикам; более состоятельные зимой сами развозили посуду по деревням и ярмаркам (по соседним погостам), а весной на лодках переправляли товар в отдаленные районы, распродавая его по пути следования. Главными скупщиками оятского товара в XIX веке были карелы из деревни Кондуши Видлицкой волости. Они возили приобретенную посуду на лодках в Финляндию, где 100 "судовок" продавали за 9—10 рублей. В начале XX века местные и питерские скупщики за 100 "судовок" платили гончарам от 1р.10 коп. до 1р. 50 коп., а в Петербурге продавали их уже по 2 р. 50 коп.

Наряду с кухонной и столовой посудой местные гончары до 1930-х годов делали и игрушки из оятской терракоты: свистульки, статуэтки. 

Для изготовления "баских" изделий — статуэток, рамок гончары использовали формы бюстов, принесенные с Новосельского завода. В крестьянских домах можно было встретить статуэтки, например, с изображением массивной головы Пушкина на хрупком мужицком торсе в поддевке, шароварах и с балалайкой в руках и пр.

Судьба промысла в 1920—1940-е годы

В крестьянской среде секреты гончарства хранились в тайне. В 1920-х годах на Ояти можно было еще встретить гончаров, которые из поколения в поколение передавали свой семейный опыт гончарства и не допускали чужих людей к своим гончарным кругам и обжигательным печам. После революции 1917 года производство оятской керамики стало постепенно сокращаться, усложнился сбыт готовых изделий. Прибыль приносил лишь сбыт посуды в Ленинграде. В период коллективизации местных кустарей объединили в колхоз "Красный гончар" (деревня Карпина Гора). Эта артель сохранилась до конца 1940-х годов. Из-за своей дешевизны местная посуда в 1930—1940-е годы по-прежнему пользовалась большим спросом в деревнях, а в годы войны помогала выжить многим крестьянским семьям. Из отдаленных вепсских волостей на берега Ояти приезжали крестьяне "за товаром", чтобы затем перепродать его в Белозерщине, либо обменять там же на пшеницу.

Явосьминский гончарный центр: к истории промысла

Возникновение гончарного промысла в деревнях по рекам Явосьма и Тутока относится к концу XVII века. Поскольку в Тихвинском крае у местных гончаров не было конкуренции изделия, производимые явосьминскими мастерами, быстро завоевали городской и сельский рынок. Постоянный спрос на глиняную кухонную посуду стимулировал производство новых типов изделий, и уже в начале XVIII века начался выпуск более совершенных и разнообразных сосудов, в том числе так называемых "чугунков", предназначавшихся для приготовления пищи в печи. К 1820-м годам ареал распространения явосьминской посуды был значителен. Он включал почти всю территорию Тихвинского края и даже выходил за его пределы (явосьминская керамика встречается в деревнях на левобережье Волхова). Окрестное население дразнило горшечников "чутяшниками", "горшками-лопатниками".

Заготовка и начальная обработка глины

Первоначально в качестве сырья для изготовления керамики использовали местную материковую глину серого цвета; ее добывали со дна реки Явосьмы. Позже стали применять огнеупорную глину, которую стали разрабатывать во второй половине XIX века. Места выходов этой глины находились у деревень Паньшино, Мелехово, Нестерово на реке Тутока и вблизи деревни Верховье на реке Ретоша.

Глину заготавливали с конца сентября и в начале октября, после того как она начинала подмерзать — "пристывать". Процесс ее заготовки был сложным и опасным так как копали глину в колодцах, к которым вели боковые входы. Стены колодцев (до 3 м. глубины) укрепляли бревнами с распорками, а сверху над ямой ставили деревянное колесо с веревкой и "железиной" на конце. В яме на копке глины обычно работали три-четыре человека, а наверху у колеса оставались двое. В накопанный ком глины вбивали "железину" и поверх нее еще набивали глину. После чего ком поднимали. Наверху глину на носилках относили в определенное место, затем ее делили между гончарами. Заготовленное сырье лежало на "глинище" до установления зимнего пути. Потом его на санях развозили по домам. В гончарном промысле существовало разделение труда. Если в семье было много женщин, то они возили глину и дрова, месили глину, вытаскивали готовую посуду из печи. За гончарным кругом работали мужчины, они же везли готовую посуду на продажу. Иногда к работе подключали и детей. Процесс изготовления керамических изделий состоял в следующем:

привезенную глину разбивали на куски и складывали в большое деревянное корыто, чтобы она оттаяла, после чего заливали теплой водой на сутки. Затем ее месили деревянными лопатами и складывали в кучу, чтобы прела, а в свободный край корыта накладывали следующую порцию глины. Глину оставляли преть до двух суток. По их истечении начинали готовить глиняное тесто: на полу расстилали четыре полосы грубого домотканого холста и на него просеивали через решето песок. Потом на песок выкладывали глину и снова просеивали песок. После этого глину разминали ногами: от центра к краям. Затем сворачивали глину углами на середину и снова месили. Так повторяли пять раз. Эту работу выполняли мужчины, женщины и дети. Глина после обработки делалась мягкой как тесто. Перед началом формовки посуды ее сбивали в "столб" и ставили около гончарного круга; из него брали куски для работы.

Формовка и обжиг посуды

Техника и технология производства керамики в рассматриваемом центре была архаична: сосуды первоначально лепились вручную, а потом подправлялись на ручном гончарном круге. Лепка и обжиг посуды производились в жилых избах. Единственным "украшением" был рельефный край сосуда "венчик".

Сформированную посуду осторожно снимали с круга и ставили по лавкам и полкам. День изделия сохли, а затем их переставляли на верхнюю полку, где теплее. После того как посуда становилась крепче, ее укладывали на полки кверху дном в несколько рядов и так оставляли сохнуть на три-четыре дня, после чего приступали к обжигу.

Обжиг производился в домашних печах, которые топились "по-черному". 

Сосуды устанавливали в жаркую топку и в промежутки между ними укладывали тонкие поленья (в основном осиновые). В печь помещалось до 300 штук различных изделий одновременно ("носульки" — сосуды для пива, опарники, сосуды для молока, латки, игрушки). Затапливали печь вечером, а утром вынимали посуду. Обжиг заканчивали, когда посуда начинала "светиться". Перед тем как ее доставать из топки, на шесток печи нагребали углей, чтобы посуда не билась. Вытаскивали готовые изделия ухватом с железной вилочкой на конце; брали под край горла — "губы" и ставили на пол остывать. Иногда посуду окунали в горячий отвар льняных головок — от этого горшки становились пестренькими.

Условия сбыта явосьминской керамики

Готовую посуду продавали либо сами, либо сбывали через скупщиков деревни Григино. Перевозили товар к месту торжков и ярмарок на дровнях, на которые перед загрузкой ставили стенки — "тесины", а на дно укладывали подстилку из соломы. Полный воз назывался "облако". В него вмещалось 250 — 300 изделий (обжиг одной партии). Во время пребывания в пути крестьяне-гончары за ночлег, пищу и корм коню расплачивались посудой. Доход от одной поездки на торг составлял не более трех рублей.

Условия местного рынка диктовали мастерам необходимость расширения ассортимента производимой продукции. К концу XIX века помимо кухонной посуды они уже изготавливали кувшины для пива, латки для киселя, чашки и др. Однако хрупкая продукция явосьминского центра не могла выдержать конкуренции с дешевыми изделиями из фаянса и металла. Спрос на нее все время падал. Это заставило местных гончаров внедрить в производство керамики более совершенную технику — ножные гончарные круги и освоить изготовление и применение свинцовой поливы. В это время началось изготовление посуды на заказ — по желанию покупателя на стенках сосудов писались различные тексты. Однако все эти нововведения лишь повысили себестоимость явосьминской керамики, что, в свою очередь, при низкой покупательной способности населения и невысоком спросе привело к тому, что производить глиняную посуду стало невыгодно. Промысел постепенно стал угасать.

Гончарный промысел на реке Пялья

В начале XX века параллельно с явосьминским гончарным центром начал работать гончарный промысел на реке Пялья. Основателем промысла стал крестьянин — гончар деревни Хазуново, переселившийся в 1910-е годы из деревни Чудская (река Явосьма). Он был специально приглашен крестьянами для обучения их гончарному делу. Обучение длилось месяц, за что специалисту было уплачено 10 рублей. Несколько позже делать посуду стали и в деревне Пялья. Местные крестьяне занимались выжиганием посуды с осени до весны, делая ее на продажу. В качестве сырья использовали черно-синюю глину, которую добывали в Кильмое с глубины 1,5 м. Основным видом продукции были кувшины для пива на одно-полтора ведра, горшки на полтора ведра, сосуды для молока и приготовления пищи в печи, опарники, блюда для супа, крышки. Для придания готовым изделиям нарядного вида их окунали в горячий отвар из льняных головок. В деревне Пялья посуду иногда расписывали.

материал подготовлен
Королькова Людмила Валентиновна