Русская этнопедагогика о трудовом воспитании

ОБУЧЕНИЕ ДЕТЕЙ КРЕСТЬЯНСКОЙ РАБОТЕ ПРОХОДИЛО ПО ОПРЕДЕЛЕННОЙ, ХОРОШО ПРОДУМАННОЙ МНОГИМИ ПОКОЛЕНИЯМИ ЛЮДЕЙ СИСТЕМЕ. ДЕТЕЙ ПРИУЧАЛИ К НЕЙ НЕ ПОЗДНЕЕ, ЧЕМ С СЕМИ ЛЕТ, СЧИТАЯ, ЧТО "МАЛЕНЬКОЕ ДЕЛО ЛУЧШЕ БОЛЬШОГО БЕЗДЕЛЬЯ" ПРИУЧЕНИЕ ДЕТЕЙ К ТРУДУ С ЭТОГО ВОЗРАСТА, ОЧЕНЬ РАННЕГО С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ СОВРЕМЕННЫХ ЛЮДЕЙ, ДИКТОВАЛОСЬ ПРЕДСТАВЛЕНИЯМИ О ТОМ, ЧТО ЕСЛИ РЕБЕНКА " С ИЗМАЛОЛЕТСТВА" НЕ ВКЛЮЧАТЬ В ДЕРЕВЕНСКУЮ РАБОТУ, ТО ОН В ДАЛЬНЕЙШЕМ НЕ БУДЕТ ИМЕТЬ "УСЕРСТВУЮЩЕЙ СПОСОБНОСТИ" К КРЕСТЬЯНСКОМУ ТРУДУ. ЧЕЛОВЕК, ПО МНЕНИЮ РУССКИХ КРЕСТЬЯН, МОЖЕТ ТОЛЬКО ТОГДА ХОРОШО И С РАДОСТЬЮ ВЫПОЛНЯТЬ ТЯЖЕЛУЮ РАБОТУ ПАХАРЯ, ЖНИЦЫ, ПЛОТНИКА, ЕСЛИ ПРИВЫЧКА К ТРУДУ ВОШЛА В ЕГО ПЛОТЬ И КРОВЬ С РАННЕГО ДЕТСТВА.


 

Русская этнопедагогика о трудовом воспитании

Обучение детей крестьянской работе проходило по определенной, хорошо продуманной многими поколениями людей системе. Детей приучали к ней не позднее, чем с семи лет, считая, что "маленькое дело лучше большого безделья" Приучение детей к труду с этого возраста, очень раннего с точки зрения современных людей, диктовалось представлениями о том, что если ребенка " с измалолетства" не включать в деревенскую работу, то он в дальнейшем не будет иметь "усерствующей способности" к крестьянскому труду. Человек, по мнению русских крестьян, может только тогда хорошо и с радостью выполнять тяжелую работу пахаря, жницы, плотника, если привычка к труду вошла в его плоть и кровь с раннего детства.

Процесс трудовой подготовки ребенка осуществлялся обычно поэтапно, при этом учитывались физические и психические особенности и возможности детей в разные периоды их взросления. Русская пословица говорит : " Бери всегда ношу по себе, чтобы не кряхтеть при ходьбе". Объем нагрузки и воспитательные меры, которыми люди пользовались для привлечения ребят к работе, определялись с учетом количества лет прожитых ребенком. Крестьяне хорошо понимали, что ребенок должен работать в меру своих сил и возможностей, и что ему надо давать, как они говорили, "каждой трудности по разу". В противном случае, полагали они, можно отбить у ребенка охоту к труду, воспитать у него отношение к работе как тяжелой повинности. 

В русской деревне работу полагалось распределять также в зависимости от пола ребенка. Девочкам поручалась работа, которая готовила бы ее к жизни женщины, мальчикам давались знания и умения необходимые мужчине. При этом обучение строилось таким образом, что ребенок точно знал свои обязанности и родителям не приходилось напоминать о них ребенку. 

Приучение детей к труду шло в русской деревне легко и незаметно под руководством матери или отца, бабушки или дедушки, старших сестер или братьев. Воспитываясь в атмосфере труда, ребята сами проявляли интерес к работе, высказывали желание заняться нужным для семьи делом. Родители обычно старались поддержать в ребенке это желание, дать ему работу, которую он мог выполнить хорошо, позволить ему заработать своим трудом хоть и небольшие, но деньги, принести их в дом. В тоже время они считали необходимым, чтобы подросток "тешил свое достоинство", т.е. получал похвалу за свой труд, видел, что его работа нужна семье. 

С раннего детства ребенка ненавязчиво приучали к выполнению незначительных домашних работ и поручений родителей. Чаще всего это было мытье посуды, поднесение небольших поленьев к печи, присмотр за цыплятами, подача лыка при плетении лаптей или ниток при вязании. В некоторых гуерниях трехлетний мальчик уже мог помогать матери чистить картофель, мести пол, подавать ей какую-нибудь вещь, отыскивать отцовский кушак или собирать рассыпанный по полу горох. Бывало, что уже с трех лет отцы брали мальчиков в поле при возке навоза. Привлекая ребенка к совместной работе, предлагая ему дело по силам, родители поддерживали в нем ощущение радости от сопричастности к делу вместе со взрослыми, удовольствия от выполняемого труда. Если мать гнала домой овец, она давала помахать прутиком пятилетней дочери, объясняя, что овцы от этого побегут быстрее. Пропалывая в огороде гряды, она поручала дочке выбросить подальше сорняк или подержать вырванную морковку. Отец, ремонтирующий забор, позволял крутившемуся около него сыну, подержать рейку или гвоздь. В многодетной семье маленький становился непосредственным помощником старших братьев и сестер. Распределение обязанностей могло быть таким: пока старшая сестра подметала пол, младшая вытирала пыль. 

Стремясь походить на своих постоянно занятых трудом родителей, видя с их стороны доброжелательное отношение к их попыткам научиться делу, слушая приятную похвалу в свой адрес, дети не могли себе представить, что можно не работать, не уметь прясть, шить, наколоть дров, прибить оторвавшуюся доску, не помочь отцу или матери. В детской среде считалось позором, если о двенадцатилетней девочке скажут, что она "непряха", а о мальчике десяти лет, - что он "только и может гонять бабки".