Аа

Носов Анатолий Зиновьевич

Автор: А.А. Михайлова, ведущий научный сотрудник отдела этнографии народов Белоруссии, Украины, Молдавии, кандидат исторических наук

Носов Анатолий Зиновьевич

ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 3. Д. 53060. Публикация согласована

Носов Анатолий Зиновьевич (Носів Анатолій Зіновійович) – антрополог, этнолог и археолог, выпускник Санкт-Петербургского Императорского университета, сотрудник Этнографического отдела Русского музея императора Александра III (1910–1917), директор Музея антропологии и этнологии им. Ф.К. Вовка при Всеукраинской Академии наук (1922–1929), член-корреспондент Всеукраинской Академии наук (ВУАН), член Комиссии краеведения и Фольклорно-этнографической комиссии, глава географической секции естественнонаучного отдела при ВУАН, член Всеукраинского археологического комитета, член-сотрудник сельскохозяйственного отдела Института украинского литературного языка, лектор в Киевском институте народного хозяйства; изучал антропологию сербов, монголов-халхасцев, крымских татар, крымских болгар, украинцев.

Об Анатолии Зиновьевиче Носове и его заслугах в научной и музейной сфере до недавних пор было известно крайне мало. Это объясняется тем, что его деятельность пришлась на тот период отечественной истории, когда вследствие смены политической парадигмы многие неудобные советской системе имена и связанные с ними страницы прошлого на долгие годы были преданы забвению. Биография ученого была собрана буквально по крупицам из разрозненных архивных документов и обрывков воспоминаний его современников в 2010-е гг. Выявленные сведения показали одно – всю свою жизнь А.З. Носов посвятил научной и музейной работе, а Этнографический отдел Русского музея (ЭО) был для него вторым «университетом».

А.З. Носов родился 11 июля 1883 г. в Полтавской губ. в семье коллежского асессора Зиновия (?) Носова и Надежды Владимировны Медер (немки по происхождению). В 1899–1903 гг. он обучался в Полтавском и Двинском реальных училищах, а в 1904 г. поступил в Ново-Александрийский институт сельского хозяйства и лесоводства. Окончив четыре курса, студент решил изменить свой образовательный маршрут и отчислился из института по собственному желанию. Во второй мужской гимназии Киева он сдал экзамен по латыни, свидетельство о котором требовалось для поступления в университет. Собрав все необходимые документы, он приехал в Санкт-Петербург и подал прошение на имя ректора о приеме в Императорский университет.

В сентябре 1908 г. А.З. Носов был зачислен в университет на отделение естественных наук физико-математического факультета на специальность «география». Был ли он прежде знаком со своим легендарным земляком – антропологом, этнографом, преподавателем Ф.К. Волковым или нет – неизвестно, однако их встреча в стенах университета предопределила всю дальнейшую судьбу молодого человека.

Ф.К. Волков преподавал А.З. Носову метеорологию и физическую географию, доисторическую и анатомическую антропологию. Благодаря нему А.З. Носов овладел методикой экспедиционной и исследовательской работы и уже в студенческие годы был привлечен к сотрудничеству с ЭО, где Ф.К. Волков занимал должность хранителя. У именитого ученого на базе университета сложилась настоящая кузница кадров. Среди других его студентов в то время были П.Е. Ефименко, С.И. Руденко, С.И. Сергель, Д.А. Золоторев, Г.А. Бонч-Осмоловский, М. Меденица, Н.И. Кирмидчи, А.Г. Алешо и другие, в той или иной степени впоследствии проявившие себя в собирании этнографических материалов и их научном осмыслении.

Основным занятием студента А.З. Носова в музее была регистрация коллекций. С 1911 по 1916 гг. он зарегистрировал в фонд около 120 музейных коллекций объемом более 1200 предметов. Это были коллекции по этнографии разных народов: татар, персов, дагестанцев, аджарцев, черкесов, кубачинцев, турок, айсоров, цыган, арабов, греков, индусов, армян, евреев, абхазов, грузин, узбеков, казахов, таджиков, сартов, туркменов, украинцев и др. Работа с предметами и их описанием, несомненно, выработала у молодого специалиста интуитивное понимание природы музеологического памятника, явившееся ценным навыком в его дальнейшей профессиональной деятельности.

В 1909–1910 гг. А.З. Носову посчастливилось побывать в ознакомительном путешествии по землям южных и западных славян, а также съездить в Забайкалье для собирания этнографического материала у бурят. В 1911 г. при поддержке Ф.К. Волкова Русское географическое общество, Русское антропологическое общество при университете и Русский музей командировали студента в самостоятельную экспедицию в Королевство Сербию. В поездке он должен был провести антропологические и этнографические наблюдения, а также приобрести экспонаты для ЭО, перед которым в то время стояло две насущные задачи – комплектование фондов и реализация концепции по созданию постоянной экспозиции, которая бы представляла «картину народов, обитающих в России и в непосредственном соседстве с ней». Для их реализации музей организовывал довольно большое число экспедиций и активно закупал предметы этнографического значения. Однако тогда как пополнение фондов предметами, представляющими культуру народов Российской империи, проходило регулярно, то в отношении зарубежных «славянских народностей, культурно и исторически тесно связанных с русскими племенами», решалась с заметно меньшим успехом. Помехой тому была необходимость регулирования вопроса приобретения и вывоза предметов из других стран на дипломатическом уровне.

Выбор Королевства Сербии как направления для экспедиции во многом был обусловлен политической ситуацией. К этой дружественной стране было приковано особое внимание российской славянофильской общественности в связи с ослаблением позиций Османской империи и экспансионисткой настроенностью Австро-Венгрии. К тому же изучение славянских народов, выявление схожих и различных черт между ними было одним из приоритетных направлений этнографическо-антропологической школы Ф.К. Волкова. Перед началом Балканских войн А.З. Носову удалось дважды посетить эту страну.

О подробностях поездки 1911 г. сведений практически не сохранилось. Известно, что молодой специалист объехал, главным образом, Центральную Сербию: Белградский, Вальевский, Шабацкий, Чачанский Крагуевацкий, Подринский, Рудницкий и Ужицкий округа, откуда привез в музей 215 этнографических предметов (РЭМ 2516). Среди экспедиционных приобретений была домашняя утварь, посуда, гончарный круг и образцы глины, прялки и образцы кудели, ткацкий стан, текстиль, килимы, предметы табакокурения, музыкальные инструменты, предметы женской и мужской одежды, украшения, оружие, писанки, предметы религиозного культа.

Успех поездки и перспектива допополнения коллекции предметами из других областей Сербии позволили А.З. Носову получить одобрение на повторную экспедицию. В следующем, 1912 г., он посетил Юго-Восточную часть страны – Нишский, Пиротский, Враньский и Моравский округа. Новый экспедиционный привоз насчитывал 219 предметов (РЭМ 2666). Помимо предметов одежды и хозяйственной утвари в него вошли образцы вышивки и традиционной керамики, включая глиняные игрушки.

Молодой этнограф сам зарегистрировал все привезенные предметы в фонд музея, указав в описи, как это было принято, их локальные сербские названия. Благодаря этим двум экспедициям сербское собрание музея сформировало свое ядро и приобрело выраженную историко-этнографическую ценность Исключительное место в нем заняли три мужских и три женских традиционных костюмных комплексов кон. XIX – нач. ХХ в., а также редчайшие украшения, в том числе старинные изделия из серебра.

Помимо этнографических памятников А.З. Носов передал в фототеку музея 192 фотографии (РЭМ 2527, 2539, 2540, 2694). На снимках запечатлены различные типы жилищ и хозяйственных построек, женщины и мужчины в традиционной одежде, множество сюжетов из городской и сельской жизни, а также манекены в традиционной одежде с первой экспозиции Этнографического музея в Белграде.

В архиве РЭМ сохранился отчет, в котором А.З. Носов кратко изложил свои наблюдения из поездки 1912 г. и описал сопутствовавшие ей сложности. Прежде чем отправиться вглубь страны, ему необходимо было получить одобрение на передвижение в ее границах от сербского МИД через русское консульство в Белграде. Оформление бумаг заняло десять дней. Пребывая в ожидании, Носов посетил белградский Этнографический музей, рассчитывая получить поддержку сербских коллег. Но там он встретил «только приветливую встречу» и «игнорирование интересов российского музея», что объяснил «известной национальной боязнью перед вывозом этнографически ценных предметов».

В глубинке отношение к нему со стороны местных властей было более теплым, чем в столице. В экспедиционной работе молодому ученому помогали местные учителя и чиновники, сопровождавшие его в поездках по селам. Однако жители областей, расположенных вблизи сербско-турецкой границы, относились к этнографу с недоверием и не всегда приглашали зайти в дом. Позже, после вывоза собранных А.З. Носовым предметов в Россию, в одной из сербских газет была опубликована статья, носившая обличительный характер.

В отчете также рассказывается о широко распространенных в Южной Сербии традиционных ремеселах – ковроткачестве и гончарстве, об особенностях национальных костюмов, о скотоводстве, о традициях сыроделия. Лишь при посещении г. Ниша он отметил, что «здесь заметно утрачивается национальный характер как внутреннего обихода, так особенно и внешнего, что видно на постройках – домах, которые уже полугородского типа и довольно разнообразны, неидентичны; костюмы тоже носят с заметным городским влиянием. Но что интересно, так это то, что здесь сохраняются вышивки на рубахах и особенно женских передниках, отличающиеся большим разнообразием рисунка и красок».

Особое внимание в отчете уделено теме жилища. В частности, подчеркивается существование выраженного различия между жилыми постройками юга Сербии и ее центральной части. Так, на юге (Пиротский округ) исследователю чаще встречались плетеные из лозы беленые хаты с очагом в центре, а в центральной части Королевства (в Пожаревацком и Моравском округах) – теремообразные хаты с двух и трехсводчатым входом.

В ходе своих поездок А.З. Носов провел антропологические измерения 195 мужчин и 8 женщин. Собранные данные легли в основу его исследовательского труда «К антропологии сербов Королевства». В работе были опубликованы фотопортреты сербов, сделанные А.З. Носовым во время экспедиций. Анализируя составленную им статистику территориальной вариативности антропологических признаков, Носов пришел к выводу, что средний рост жителей Сербии в 1911–1912 гг. составлял 171,3 м (самый высокий – 1,75 м и самый низкий – 1,65 м), цвет глаз варьировался от светлых (19,9%), светло-карих (56,4%) до темных (23%), волосы были преимущественно темные (62,7%), но встречались также русые (33,5%) и светлые (3,8%). Подводя итог своим наблюдениям, Носов пришел к выводу об антропологической близости сербов другим славянским народам. О своих впечатлениях, касающихся путешествий по Сербии, он рассказывал с большим восхищением, а о сербах отзывался как об исключительно честных и порядочных людях.

Студенческий опыт А.З. Носова в области сербской этнографии и антропологии продолжения не имел. В 1913 г. он окончил университет и летом того же года отправился с князем Д.Э. Ухтомским в антропологическую экспедицию в Монголию. Причиной такой географической переориентации стало превращение Балкан в театр военных действий. Осенью 1912 г. началась Первая Балканская война, летом 1913 г. – Вторая, а в 1914 г. разгорелась Первая мировая война. В 1915 г. территория Сербии попала под разорительную австрийско-болгарскую оккупацию. Сложившаяся ситуация делает коллекции Носова бесценными, поскольку в них уцелело то, что в ходе войн могло быть уничтожено. После экпедиций Носова музею больше никогда не представлялась возможность организовать собирательскую деятельность на Балканах.

В 1913 г. А.З. Носов был принят в штат ЭО. Однако успел проработать в нем недолго – осенью 1915 г. он отбыл на фронт. Незадолго до этого, весной, в музее проходила Галицийская выставка, курировавшаяся Ф.К. Волковым. А.З. Носов был привлечен к организационной работе по ее проведению. И летом того же года в фонд музея от него поступил в дар гуцульский пояс из г. Львова, что, по всей видимости, стало следствием его включенности в галицийскую проблематику и активизации научных контактов.

До 1918 г. Носов находился на военной службе в качестве уполномоченого передовых отрядов Западного фронта Всероссийского земского союза. В мае 1918 г. по поручению Комиссии изучения племенного состава населения России (КИПС) при Российской академии наук он был отправлен на Украину. В том же году умер Ф.К. Волков. На фоне реорганизационных процессов в музее и общей неопределенности А.З. Носов принял решение остаться в Киеве, где получил должность во Всенародной библиотеке при Украинской Академии наук. Вскоре болезнь вынудила ученого переехать в Крым, где он прожил почти два года.

В 1921 г. ученики Волкова перевезли в Киев книги и коллекции своего учителя и основали при Всеукраинской академии наук Музей антропологии и этнологии им. Ф.К. Вовка (Вовк в пер. с укр. – Волков), первым директором которого стал А.Г. Алешо. А.З. Носов сначала был штатным сотрудником этого музея, а в 1922 г., после смерти А.Г. Алешо, стал его директором. Руководя музеем, Носов продолжал заниматься наукой. Некоторое время ему еще удавалось сотрудничать с петроградскими научными учреждениями, такими как Троицкосавско-Кяхтинское отделение РГО, Антропологическое общество университета, КИПС (Комиссия изучения племенного состава при РАН) и ЭО. Но постепенно его деятельность сосредоточилась главным образом в рамках украинских институтов. Он стал членом Комиссии краеведения, Таврической ученой архивной комиссии, сотрудником Фольклорно-этнографической комиссии, членом Всеукраинского археологического комитета, главой географической секции естественнонаучного отдела, членом-сотрудником сельскохозяйственного отдела Института украинского литературного языка, читал лекции в Киевском институте народного хозяйства, являлся членом-корреспондентом ВУАН. Главной областью его научных интересов стала антропология Украины. В 1921 г. А. Носов стал членом Сельскохозяйственного научного комитета (СГНК) Наркомзема и вошел в его президиум, а также председательствовал в секции сельскохозяйственного быта. В 1923–1924 гг. он руководил Комиссией по организации Государственного лесостепного заповедника им. Тараса Шевченко при СГНК НКИД, а в 1924 г. был утвержден на должность его директора (ныне – Каневский природный заповедник). В нач. 1930-х гг. он работал референтом в отделе управления заповедниками Всеукраинской академии сельскохозяйственных наук и был членом Музейного комитета ВУАН. Параллельно он проводил археологические исследования, в частности, в 1925 г. вместе с Валерией Козловской работал в Остерский комиссии.

Некоторые сведения о жизни, взглядах и судьбе А.З. Носова сохранились в воспоминаниях его двоюродного брата, известного лингвиста-украиниста Ю.В. Шевелева (1908–2002). Он, в частности, писал, что в 1923–1924 гг. Носов несколько раз гостил у них дома в Харькове, поскольку собирался жениться на своей кузине Вере. Несмотря на то, что он сам, как и остальные родственники, разговаривал на русском языке, своей невесте он подарил несколько книг на украинском, в том числе «Иллюстрированную историю Украины» Михаила Грушевского. По всей видимости, этим жестом он давал ей понять о своих взглядах и пытался узнать, готова ли она их разделить. Ю.В. Шевелев вспоминал: «Я сказал тогда Толе, что, хотя украинский язык и существует, но он некрасивый, и поэтому смысла нет его употреблять. Я ожидал бурной реакции, гнева и последующих нотаций. Но Толя спокойно ответил: “Язык, на котором говорят миллионы людей, не может быть некрасивым”. Я до сих пор помню его лицо в тот миг, точно такое, какое смотрит теперь на меня с единственной сохранившейся его фотографии. Он носил тогда предреволюционное пенсне с крышей, какие уже переставали носить, черный галстук, белый воротничок. В те годы плебеизации Толя сохранял вид интеллигента, но не демонстративно, а потому, что таковым и был. Мы больше никогда не говорили об украинском языке. Но его короткая реплика упала на благодатную почву и предопределила мою дальнейшую жизнь». Из-за болезни и смерти кузины брак с ней не состоялся. Чуть позднее Носов женился на дочке заведующего гурзуфским домом отдыха ученых П. Шарого Марии, и у них родился сын Виктор.

В 1929 г. А.З. Носов был арестован по делу «Союза освобождения Украины», а в 1933 г. по обвинению в связях с «Украинской военной организацией» (УВО, подпольной организацией националистического толка) Судебная тройка при Коллегии ГПУ приговорила его к пяти годам заключения в исправительно-трудовых лагерях. Свой срок он отбывал на сооружении Беломорского канала, а затем «Московского моря» (Иваноковского водохранилища).

Возглавлявшийся Носовым Музей антропологии и этнологии им. Ф.К. Вовка в 1934 г. был реорганизован и включен в состав новосозданного Института истории материальной культуры. В официальных сводках сообщалось: «Очищенная от контрреволюционных и троцкистских элементов Академия наук при участии ЦК ВКП (б) и советского правительства создали условия для бурного роста УАН и подъема ее на высочайший уровень, соответствующий историческим задачам главного научного центра Советской Украины».

После ссылки А.З. Носов поселился в Ялте, где устроился на работу заместителем директора в краеведческий музей, расположившийся в бывшем дворце бухарского эмира.  Въезд на Украину ученому был запрещен. О трагическом конце А.З. Носова известно из книги Ю.В. Шевелева: «В 1939 г. мы виделись с Толей Носовым в Ялте. Мы и не предполагали, что через каких-то пару лет он и его семья будут уничтожены НКВД в процессе эвакуации из Крыма. Когда началась эвакуация в период немецкого наступления, вместе с другими “неблагонадежными” Толю с семьей погрузили на специальный пароход. Свой человеческий груз этот пароход никогда никуда не довез. Толя был ликвидирован в 1941 г. вместе с семьей». По сведениям украинского этнолога С.П. Сегеды, А.З. Носов скончался в ГУЛАГе. В 1989 г. он был реабилитирован.

О вкладе А.З. Носова в науку и музейное дело, следует отметить, что экспонаты и фотографии, переданные им в Русский музей более ста лет назад, по сей день остаются востребованными как в экспозиционно-выставочной, так и в научно-исследовательской работе. Они демонстрируются в Российском этнографическом музее, участвуют в выездных проектах, публикуются в отечественных и в зарубежных изданиях. Коллекции и труды А.З. Носова представляют собой воплощение и отражение тех научно-исследовательских методов и подходов, которые использовались в научной практике его времени, и которые были заложены в основу собирательских стратегий императорского этнографического музея. Таким образом, музейное наследие А.З. Носова является неотъемлемым компонентом современного научно-экспозиционного музейного пространства и служит бесценным источником для изучения сербской традиционной культуры.

          

Архивные материалы

АРЭМ. Ф. 1. Оп. 2. Ед. хр. 438. – Переписка и отчеты А.З. Носова о собирании этнографических материалов в Сербии.

ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 3. Д. 53060. – Дела правления и правления по хозяйственному столу. Личные дела студентов за 1831, 1870–1916 гг.

           

Публикации

  1. Носов А.З. К антропологии сербов Королевства // Ежегодник Русского антропологического общества при Санкт-Петербургском университете. – Т. IV. – CПб.: тип. А. Розена, 1913. – С. 123–125
  2. Носов А.З. К антропологии монголов-халхасцев // Ежегодник Русского антропологического общества при Санкт-Петербургском университете. – Т. V. – CПб.: тип. К. Биркенфельд, 1914. – С. 198–215.
  3. Носів А. О.Г. Алешо // Вісник сільськогосподарської науки. 1922. Т. I. Вип. 1. – С. 40–41.
  4. Носів А. Алешо Олександр Гаврилович: [Некролог] // Україна. 1924. Кн. 3. С. 180–181.
  5. Носов А.З. Антропо-етнологічне вивчання людини – населення України // Червоний шлях. 1924. – № 1–2. – С. 136–140.
  6. Носiв А. До антропологiчного типу українського населення. Оттиск. – Харкiв: Харкiвське наукове товариство, 1927. – С. 200–204.
  7. Носiв А. Досягнення української антропології за останнє десятиріччя // Вісник природознавства. 1927. – № 5–6. – С. 295–298.
  8. Носiв А. Матерiали до антропологiї України. Українцi Подiлля // Етнографiчний вiсник. – Кн. 5. – Київ, 1927. – С. 94–117.
  9. Матерiали до антропологiї України. Українцi Кубанi // Антропологiя. Рiчник Кабiнету антропологiї iм. Ф. Вовка. – Т. 1. – Кiїв, 1928. – С. 31–64.
  10. Носів А. Ф.К. Вовк і українська наука // Антропологiя. Рiчник Кабiнету антропологiї iм. Ф. Вовка. – Т. 2. – Кiїв, 1929. – С. 1–8.
  11. Носов А. До антропологiï Кримських татар // Антропологiя. – Т. 2. – Киïв, 1929. – C. 9–69.
  12. Носов А. До антропологiї болгарiв // Антропологiя. – Т. 3. – Киïв, – С. 6–57.
  13. Носов А. Кримські татари: антропологічні нариси // Східний світ. 1930. – № 10-11. – С. 301–313.
  14. Носов А.З. Професор Ф. К. Вовк в українській археології (1847-1918-1928) // Записки ВУАК. 1931. – Т. 1. – С. XXIII–XXVIII.
  15. Словник антропогеографічної термінології: (Проєкт) / Уклав А. Носов. – Харків: УРЕ, 1931. – 230 с.
  16. Носов А. Матерiали до антропологiї України. Українцi Днiпропетровщини // Журнал геолого-географiчного циклу. 1932. № 3–4. – С. 51.

                    

Библиография

  1. Отчет Этнографического отдела Русского музея императора Александра III за 1912 г. – СПб.: Энергия, 1914. – С. 62.
  2. Сегеда С. Антропологiчний склад українського народу: етногенетичний аспект. – Київ: вид. iм. Олени Теліги, 2001. – 256 с.
  3. Вернадський В.І. Листування з українськими вченими. – Кн. 2. Ч. 1. – Київ: б.и., 2011.
  4. Дмитриев С.В. Фонд Этнографического отдела Русского музея по культуре народов зарубежного Востока: история формирования и судьба (1901–1930-е гг.). – СПб.: Филологический факультет Санкт-Петербургского государственного университета, 2012. – С. 654–655
  5. Шевельов Ю.В. Я, мені, мене... (і довкруги). Частина 1: В Україні. – Харкiв: Фоліо, 2012. – 409 с.
  6. Михайлова А.А. Вклад А.З. Носова в формирование сербских коллекций РЭМ // Этнографические коллекции в музеях: культурные стратегии и практики: Мат-лы двенадцатых Санкт-Петербургских этнографических чтений. – СПб: ИПЦ СПГУТД, 2013. – С. 196–202
  7. Михајлова А.А. Етноантрополошке експедициjе студента Анатолиjа Носова у Краљевини Србиjи 1911–1912 // Пешчаник. 2014.– № 12. – С. 180–188
  8. Михайлова А.А. Этнографо-антропологические экспедиции А.З. Носова в Королевство Сербию (1911–1912): результаты и значение // Три века российской этнографии: страницы истории. – М.: ИЭА РАН, 2017. – С. 161–174

              

Коллекции

№ 2516. – Предметы мужского и женского костюмов, домашнего и хозяйственного обихода, писанки. Включала 290 предметов, сохранилось 261. Королевство Сербия, Ужицкий, Шабацкий, Белградский округа. Сбор 1911 г. Сербы

№ 2666. – Предметы мужского и женского костюмов, домашнего и хозяйственного обихода. Включала 234 предмета, сохранилось 216. Королевство Сербия, Нишский, Пиротский округа. Сбор 1912 г. Сербы

№ 3516. –Лопасть прялки. Королевство Сербия. Включает 1 предмет. Сбор 1912 г. Сербы.

№ 3477. – Пояс. Галиция. Сбор 1915. Гуцулы

 

Фотоколлекции

№ 2527. – Поселение, жилище, антропологические типы, одежда, основные занятия. Включает 71 фотоотпечаток и 65 негативов. Белградский, Рудницкий, Шабацкий, Вальевский округа, Королевство Сербия. Фотосъемка 1911 г. Сербы

№ 2539. – Утварь, антропологические типы, одежда, манекены. Включает 16 фотоотпечатков.

Белградский, Рудницкий, Вальевский округа, Королевство Сербия. Фотосъемка 1911 г. Сербы.

№ 2540. – Групповые портреты. Включает 2 фотоотпечатка и два негатива. Шабацкий округ, Королевство Сербия. Фотосъемка 1912 г. Цыгане

№ 2694. – Поселение, жилище, антропологические типы, одежда, основные занятия. Включает 105 фотоотпечатков и 99 негативов. Белградский, Пиротский, Нишский, Пожаревацкий округа, Королевство Сербия. Фотосъемка 1912 г. Сербы

Мы используем cookie (файлы с данными о прошлых посещениях сайта) для персонализации сервисов и удобства пользователей.

Продолжая просматривать данный сайт, вы соглашаетесь с использованием файлов cookie и принимаете условия.